vineri, 30 decembrie 2016

Одесса под окупацией (1941-1944)

Одесса под окупацией (1941-1944)

Неділя, 15:19, 05/02

Рейтинг
18 1
Переглядів
11551

Трагический, но показательный эксперимент.

Зима 1941 года.

Полыхает самая страшная в истории мировая война.

Покидающая Одессу Красная Армия вывела из строя практически все объекты городской промышленности и инфраструктуры, начиная от водопровода и телефонных станций и заканчивая дамбой Хаджибейского лимана, в результате чего значительная часть города оказывается под водой. Оставшиеся в городе подпольные группы организуют масштабные диверсии.

Вместе с Красной Армией город покидает практически вся "элита": все депутаты, судьи, прокуроры, милиционеры, работники райкомов, горкомов партии и комсомола, профсоюзные вожаки, комсорги, парторги и руководители предприятий, организаций, учреждений и прочие "совслужащие". Из города исчезла значительная часть трудоспособного и боеспособного населения, которые были мобилизованы или эвакуированы. Представителей дореволюционной одесской элиты, выжившие после всех потрясений, разметало на огромном пространстве от Чикаго и Парижа до Соловков и Магадана.

В город приезжает новая власть - городской голова Герман Пынтя с парой десятков румынских чиновников. Чиновники самые обычные - в меру исполнительные, в меру вороватые.

Как развивались события дальше?

ЖЖ-юзера b_u_d_y_o_n: http://budyon.org/budy_files/articles/nvz.htm
НЕДОВЫЖЖЕННАЯ ЗЕМЛЯ

В относительной близости от западных границ СССР находилось четыре легендарных города с выдающейся архитектурой. Два из них - Вилен и Лемберг имели давнюю историю, теряющуюся в средневековье, два других - Петербург и Одесса - стали таковыми в феноменально короткий период, по сути, за сто лет. Собственно, они выдающимися и остаются, хотя их современная ценность - результат феноменально удачного стечения обстоятельств. Был еще и пятый город - Киев. Он находился от границы чуть дальше, но в масштабах всей страны его вполне можно было считать приграничным, да и до того, как в 1939 граница была отодвинута на запад, он таковым и являлся. Вилену и Лембергу повезло целых два раза. Повезло в 1941-ом, немцы вошли туда в первые дни войны, когда понять что происходит не мог никто, ни лагерный петух, ни кремлевский пахан. Повезло и в 1944-ом, немцы предпочли их просто оставить. Оттого в эти города сейчас и ломятся толпы туристов. Петербургу повезло меньше, его население сделали заложниками в 900-дневной блокаде, но как ни странно, и это был далеко не самый худший вариант.
1.

За всю войну Сталин издал два самых знаменитых приказа. Первый знали все, шел он под порядковым номером 227 и запрещал под любым предлогом покидать военным всех рангов свои позиции под угрозой расстрела. В народе его называли "Ни шагу назад!". Второй был засекреченный, поэтому его номер начинался с нуля. Вплоть до начала 90-х годов он был абсолютной государственной тайной. Когда его первый раз опубликовали, "бдительные граждане" с большими звездами на погонах начали кричать что это "геббельсовская фальшивка". Потом все поутихло, да и мало кому уже было интересно - что там придумывал Коба в морозный ноябрь первого года советско-германской войны.
Вот его полный текст. Все важные в дальнейшем фразы выделены мной.
Приказ Ставки ВГК № 0428 от 17 ноября 1941 г. о создании специальных команд по разрушению и сжиганию населенных пунктов в тылу немецко-фашистских войск

П Р И К А З СТАВКИ ВЕРХОВНОГО ГЛАВНОГО КОМАНДОВАНИЯ № 0428 г. Москва 17 ноября 1941 года
Опыт последнего месяца войны показал, что германская армия плохо приспособлена к войне в зимних условиях, не имеет теплого одеяния и, испытывая огромные трудности от наступивших морозов, ютится в прифронтовой полосе в населенных пунктах. Самонадеянный до наглости противник собирался зимовать в теплых домах Москвы и Ленинграда, но этому воспрепятствовали действия наших войск. На обширных участках фронта немецкие войска, встретив упорное сопротивление наших частей, вынужденно перешли к обороне и расположились в населенных пунктах вдоль дорог на 20 - 30 км по обе их стороны. Немецкие солдаты живут, как правило, в городах, в местечках, в деревнях, в крестьянских избах, сараях, ригах, банях близ фронта, а штабы германских частей размещаются в более крупных населенных пунктах и городах, прячутся в подвальных помещениях, используя их в качестве укрытия от нашей авиации и артиллерии. Советское население этих пунктов обычно выселяют и выбрасывают вон немецкие захватчики.
Лишить германскую армию возможности располагаться в селах и городах, выгнать немецких захватчиков из всех населенных пунктов на холод в поле, выкурить их из всех помещений и теплых убежищ и заставить мерзнуть под открытым небом - такова неотложная задача, от решения которой во многом зависит ускорение разгрома врага и разложение его армии.
Ставка Верховного Главнокомандования П Р И К А З Ы В А Е Т :
1. Разрушать и сжигать дотла все населенные пункты в тылу немецких войск на расстоянии 40 - 60 км в глубину от переднего края и на 20 - 30 км вправо и влево от дорог. Для уничтожения населенных пунктов в указанном радиусе действия бросить немедленно авиацию, широко использовать артиллерийский и минометный огонь, команды разведчиков, лыжников и партизанские диверсионные группы, снабженные бутылками с зажигательной смесью, гранатами и подрывными средствами.
2. В каждом полку создать команды охотников по 20 - 30 человек каждая для взрыва и сжигания населенных пунктов, в которых располагаются войска противника. В команды охотников подбирать наиболее отважных и крепких в политико-моральном отношении бойцов, командиров и политработников, тщательно разъясняя им задачи и значение этого мероприятия для разгрома германской армии. Выдающихся смельчаков за отважные действия по уничтожению населенных пунктов, в которых расположены немецкие войска, представлять к правительственной награде.
3. При вынужденном отходе наших частей на том или другом участке уводить с собой советское население и обязательно уничтожать все без исключения населенные пункты, чтобы противник не мог их использовать. В первую очередь для этой цели использовать выделенные в полках команды охотников.
4. Военным Советам фронтов и отдельных армий систематически проверять как выполняются задания по уничтожению населенных пунктов в указанном выше радиусе от линии фронта. Ставке через каждые 3 дня отдельной сводкой доносить сколько и какие населенные пункты уничтожены за прошедшие дни и какими средствами достигнуты эти результаты.
Ставка Верховного Главнокомандования
И. СТАЛИН Б. ШАПОШНИКОВ
ЦАМО, ф. 208, оп. 2524, д. 1, л. 257-258. Заверенная копия.
Приказ датирован 17 ноября, но ни в коем случае не надо думать, что до указанной даты советское руководство действовало как-то иначе. Другое дело, что это ему не всегда удавалось, все-таки немцы наступали очень быстро, но о некоторых эпизодах отхода или планируемого отхода советских войск мы расскажем.
Лейба бен Давид Бронштейн-Троцкий когда-то говорил, что "если нам и придется уйти, то после нас должно остаться кладбище". Сталин хоть и был к нему "в жесткой оппозиции", эту идею точно запомнил и, как мы увидим, при первом представившемся случае попытался воплотить в жизнь. Это мы сейчас знаем как все закончилось в 45-ом, но тогда, в Кремле, этого не знал никто. Поэтому делали то, что было задумано. Без дальнейших планов на будущее.
С Виленом и Лембергом не вышло, Минск тоже оставили на шестой день совершенно целым, поэтому первым в кладбище должен был превратиться Петербург. "Город трех революций" не должен был никому достаться. А население? А население в марксистских раскладах - самый дешевый расходный материал. Оно - ничто.
К середине августа, когда стало ясно что Петербург скорее всего не удастся удержать, из Москвы поступил приказ (разумеется секретный) ввести в действие план "Д". Для его осуществления заранее было доставлено все необходимое. Ответственность за выполнение поручалась Жданову и Ворошилову. А разработчиками являлись шеф НКВД Меркулов и второй секретарь местного обкома Кузнецов. Обоих, кстати, потом расстреляли. Назывался он как обычно у коммунистов весьма сложно: "План мероприятий по организации и проведению в жизнь специальных мер по выводу из строя важнейших промышленных и иных предприятий на случай вынужденного отхода наших войск". В случае входа немцев в город с центрального пульта расположенного в Казанском соборе должен был поступить сигнал, по которому в воздух одновременно взлетели бы несколько тысяч городских объектов. Все электрические подстанции, вокзалы, мосты, телефонные и телеграфные станции, водокачки, "топовые" здания, такие как Эрмитаж, Исакиевский собор, Смольный институт, Главный штаб, Адмиралтейство, весь трамвайный парк, склады с продовольствием. По сути город должен был превратиться в руины. Население, разумеется, об этом не оповещалось и должно было быть уничтожено вместе с немцами. То, что этот план был бы приведен в действие не вызывает никаких сомнений. 11 сентября 6-я танковая дивизия прорвалась через Пулковские высоты, откуда отлично просматривался весь город. В тот же день, 58-я пехотная дивизия вышла на окраины Петербурга, куда даже трамваи ходили. Советский кинематограф воспроизвел эту сцену. Маршал Ворошилов - вторая культовая фигура в стране после Сталина, самолично бегает по окопам и пробует поднимать солдат в атаку - ничего не действует. Питер мог бы исчезнуть уже 13 сентября, но 12-го Гитлер издал приказ: Петербург не брать. Западные историки и военные до сих пор считают этот шаг одним из самых крупных просчетов Фюрера. Командующий группой армий "Север" фон Лееб в недоумении звонит в Берлин, объясняя, что город уже у него в руках, но приказ есть приказ. Три немецкие армии проведут в бесполезном стоянии два с половиной года, пока блокада не будет снята. А с ней же снята и угроза уничтожения города. Так что история вывернулась весьма интересно: Адольф Гитлер оказался спасителем Петербурга.

2.

То, что не удалось сделать в Петербурге получилось в Киеве. Там, конечно, масштаб был не тот, но и город не столь важный и не столь символичный в советской мифологии. Все лишь какая-то там "мать русских городов". И Ленин там не бывал. И Сталин тоже. И в революции Киев никак не отметился, скорее наоборот. Но потому что произошло в Киеве, жители Петербурга могут понять, что было бы с ними.
Немцы вошли в практически целый город 19 сентября. Как обычно, первые дни армия обстраивалась на новом месте и до населения ей особенного дела не было. Нет, уходя там тоже много чего подорвали - опять-таки мосты через Днепр, водокачки, подстанции, и никого не интересовало, что в городе остается 600 тысяч "советских граждан". В общем, первая неделя подходила к концу, как
24 сентября 1941 г. в середине дня раздался первый сильный взрыв на Крещатике. За ним в течении нескольких минут последовали другие, тоже огромной мощности. За какие-то полчаса были уничтожены все здания вдоль Крещатика и Прорезной, Царская и Думская (сейчас тот самый "Майдан") площади. Превратились в руины улицы Институтская, Ольгинская, Николаевская (сейчас - Городецкого) и Меринговская (Богдана Хмельницкого). Одним словом, весь исторический центр Киева, ядро города, навсегда перестало существовать. Показательно и то, что немцев на Крещатике почти не было, они предпочитали обосновываться на более тихих улицах. Так что принцип "бей своих чтоб чужие боялись" опять сработал. Но это было не всё. 3 ноября 1941 г. превратился в пыль Успенский собор в Киево-Печерской лавре, памятник архитектуры XI столетия. Незадолго до этого, там отслужил молебен президент Словацкой республики Йозеф Тисо. Уже через два дня по всему городу появились объявления, предписывающие всем киевлянам определенной национальности собраться 29 сентября в определенном месте и следовать куда прикажут.
Ул. Крещатик 83d4ede87a68.jpg
ул. Прорезная 2b01cfc28162.jpg
Любопытно, что если про взрыв Крещатика красными я знал от старых киевлян еще в школьные годы, то про Успенский собор мне в Киеве рассказал один девиантный субъект. Мы в 2003-м году прогуливались с одним другом, тоже ЖЖ-блоггером в районе булыжного подъема на Крещатик и он к нам в буквальном смысле прицепился и начал "просто так", с хода, рассказывать истории про "немцев и евреев в Киеве". Он был явно зациклен на этих вопросах. Мы потом еле от него отделались, но дальнейшая проверка показала что все что он говорил, в общем, правильно.
Немцы были в шоке. И действительно, можно ли себе представить, чтобы, скажем, через пять дней после входа вермахта в Париж, с помощью заранее заложенных зарядов были бы разрушены Елисейские поля, все мосты через Сену, Лувр, Нотр-Дам, не говоря уже об объектах обеспечивающих жизнь города? И сейчас по инету гуляют пачки цветных фотографий изображающих веселую жизнь парижан, нарядные улицы и т.п. Советские города оказавшиеся не в поле действия советской власти выглядели не столь впечатляюще, хотя некоторые - весьма и весьма достойно.
Разумеется, что тема взрыва центра Киева красными была в СССР строжайше табуирована. После войны в Киеве развесили лозунги типа: "Восстановим Крещатик - гордость Киева уничтоженную фашистами!". А тот самый маршал Жуков в своих "воспоминаниях и размышлениях" "вспоминал" буквально слудующее:
"Проезжая по хорошо знакомому мне Крещатику, когда-то красивейшему проспекту города, я ничего не мог узнать: кругом были сплошные развалины. Так выглядел наш Киев после ухода фашистов..."
А вот что "вспоминал" Микоян:
"Гордость Киева - знаменитый Крещатик был разрушен. И только сохранившиеся, но сильно пострадавшие, израненные и искалеченные войной ветвистые каштаны с пожелтевшими осенними листьями напоминали о некогда красивейшем центре одного из древнейших городов нашей Родины. Смотреть на все это было тяжело... " Вот так в этой стране клепалась история.
2.
Одессе, конечно, повезло больше чем Киеву и тем более Петербургу. Она не была пунктом какого-то стратегического удара, на нее не шли танковые группы и вообще доминировали в наступающих войсках не немцы, а румыны. Дело здесь вот в чем.
Румыния вообще страна хитрая, но необыкновенно везучая. Возникнув в середине XIX века, она в 1916 попробовала вписаться в войну на стороне России. Как раз когда Брусилов пер на запад по Галиции. Австрийцы ее тут же оккупировали, но по итогам Румыния оказалась как бы в победителях, в 2 раза увеличив свою территорию за счет венгерской Транссильвании. В 1918 году воспользовавшись распадов РИ она оккупировала Бесарабию превратившись в одно из крупнейших государств Европы. Если ли справедливость на свете? В 30-е годы темпы ее экономического роста уступали только темпам Германии (СССР, разумеется, не счет). Румыны даже наладили производство всех основных типов вооружений. Но в 1940 году вся песенка закончилась. Сначала Сталин в ультимативной форме потребовал Бесарабию. Пришлось отдать. Затем венгры "отсудили" Транссильванию. Пришлось отдать. Территория Румынии без единого выстрела сократилось практически к тому размеру который страна имела до 1914 года. На фоне массового недовольства в народе и армии, фактически единоличную власть сосредотачивает в своих руках "великий кондуктор" Ион Антонеску. Над ним, как формальный символ государства стоял 18-летний король Михай I - наполовину немец. Стремясь взять реванш, румыны идут на сумасшедшую авантюру - 26 июня 1941 г. объявляют войну СССР, но в отличии от холодных финнов которые хотели лишь вернуть себе то, что потеряли в 1940 году, пусть и с небольшими приращениями, румыны, что называется, решили размахнуться. Гитлер это почувствовал и подарил им территорию между Бугом и Днестром. Она получила название Транснистрия. Не за просто так, разумеется. Румыны потом дошли с немцами до Волги, где потеряв 18 дивизий из 22-х потом только и думали как бы умело выйти из войны оставив за собой хоть что-то.
Но в 1941 об этом не думалось. Территорию до Буга они вместе с немцами легко заняли к началу августа, но вот Одессу наскоком взять не получилось. Сработала стандартная ситуация - там где немцы или румыны попадали в зону действия корабельной артиллерии они останавливались надолго или навсегда. Да и боеспособность их армии была мягко говоря средненькой. В сентябре их вообще преследовали сплошные неудачи. Сначала в авиакатастрофе разбился генерал Иоанициу - именно он был мозгом всей одесской операции. Затем Красная армия провела успешный десант в селе Григорьевка, захватив важный плацдарм на севере. Румыны понимали что в 1941-году они Одессы не увидят и готовились зимовать в окопах для чего войска получали все необходимое.
Но тут румынам выпала невероятная удача. Советское командование совершило очередной просчет и немцы ворвались в Крым, из которого вообще можно было сделать непреступную крепость, ведь это ж фактически остров, плюс Черноморский флот полностью господствовал на море. Оборонять Одессу больше не было смысла, нужно было эвакуировать 80-тысячный гарнизон для обороны Севастополя.
На подготовку Одессы к сдаче отводилось 15 дней. Никого не интересовало что в городе остаются 300 тысяч человек, советских граждан, которым советская власть объяснялась в любви по сто раз на день. Весь моторный транспорт - 2500 автомобилей и автобусов и 180 тракторов были сброшены в море. Все 90 паровозов были уничтожены. 9000 лошадей были частично зарезаны и переработаны в колбасу, но в основном НКВДисты их просто расстреливали из автоматов ППШ (это единственная категория которая имела такие автоматы в тот год). Вся улица Приморская была завалена трупами лошадей. Было сожжены даже все повозки - ок. 9000 единиц. В ночь с 15 на 16-е октября 1941 года оставленные в городе подрывные группы уничтожили всё, что только представляло какую-то ценность. Интересно, что уничтожению многих объектов помешали местные жители. Это признавалось и в советской литературе. Их называли "немецко-румынскими шпионами".
В городе также оставались румынские и немецкие военнопленные. Сколько их было - точно никто назвать не может. Говорят, что от 900 до 3-4 тысяч. Все были расстреляны.
Но и этого было мало. НКВДисты еще и решили затопить часть города находящуюся ниже уровня лиманов. Население, как вы уже догадались предупреждено не было. Вот как это описывает Евгений Гуф в своей статье "День последний, день первый (Обыкновение войны)":
"Сотрудник специальной команды НКВД поднес к бикфордову шнуру огонек. Желтый шипящий шарик покатился кубарем в темноту. Взрыв, потом злой вздох воды в камышах. Через два десятка минут грязная волна ударилась в стены окраинных пересыпских домов. Затем поднялась по щиколотку, колени... В воде плавали листовки "Одессе быть!"
Этой же ночью НКВД подорвало городскую электростанцию, все хлебозаводы. Водопроводные краны окончательно пересохли. К утру сгорели практически все городские школы. Целыми остались лишь три заведения. Триста тысяч человек отлетели костяшкой на каких-то ужасных счетах.
Наши, родные, войска уходили из Одессы так, словно в городе не оставалось ни единой живой души. 15-го сентября был взорван Воронцовский маяк. Деяние бессмысленное. <....>
На Новом рынке прозвучал очередной аккорд одесской драмы.
Рано утром над рынком появились краснозвездные самолеты. Заход, пологий разворот, и на головы горожан россыпью летят бомбы.
Убитых мирных жителей было около сотни. Грубые красного цвета осколки посекли стены домов. Ракушечная пыль засыпала лица убитых. Такие же осколочные бомбы рвались в клочья возле нынешнего Музея морского флота. Во время обороны там был устроен склад конфискованных у якобы ненадежного населения радиоприемников. Утром народ поспешил за своим добром... Вокруг здания, на брусчатке, тоже лежали жертвы.
Под вечер в город начали входить румынские части".
При этом на оборонительных позициях было брошено несколько тысяч солдат и моряков. Их по сути просто кинули. Причем многие сидели в окопах и узнали что город уже несколько дней под румынами от жителей которые специально пришли им это сообщить. Кому-то удалось сменить форму на гражданскую одежду и прикинутся местным жителем, а кто-то был отловлен и перемещен в один из спецлагерей. Но это было мелочь в сравнении с тем что будет устроено потом в Севастополе. Там, в начале июля 1942-го тайно эвакуируют только командование - генералов и адмиралов. Весь гарнизон -90-100 тыс. плюс 20 тыс. раненых будет просто брошен и попаден в плен в полном составе.
Уходя коммунисты разбросали листовки содержание которых может быть охарактеризовано как "феноменальная наглость".
"Ко всем гражданам Одессы и Одесской области! Областной комитет партии и исполком областного совета призывают вас не складывать ни на минуту оружия в борьбе против румыно-немецких оккупантов. Беспощадно расправляйтесь с захватчиками, бейте их на каждом шагу, преследуйте по пятам, уничтожайте их, как подлых псов. Пусть в каждом доме, в каждом дворе и улице, на больших и малых дорогах врага подстерегает смерть.
Пусть в каждом районе, в каждом селе нашей области и в городе Одессе грозно пылает пламя партизанской мести! Действуйте смело и беспощадно, беспощадно бейте и уничтожайте врага!К оружию, товарищи! К оружию и грозной мести врагу!".
Румыны, конечно же знали об эвакуации Одессы. Каждый день над городом летали десятки самолетов и скрыть ее было невозможно. Но входить в город они не торопились. Первые части появились тут лишь вечером 16-го октября. Одесса была самой большой добычей этой страны за всю историю ее существования. По сути они получили город который был гораздо лучше любого румынского по всем параметрам. Румынию охватил настоящий милитаристский психоз, ведь еще недели две назад об этом никто не мечтал...
На видео: Румыны спиливают звезду и вешают флаги на дом Руссова ("сгорел" 31.10.2009) Психоз в Бухаресте. Антонеску и придурок-король.
3.
Антонеску долго подбирал кандидатуру на пост мэра Одессы. Ему необходимо было найти румына, который свободно говорил бы по-русски, плюс отлично знал бы город и имел опыт административного управления. Таким человеком стал Герман Пынтя - бывший подданный РИ, бывший поручик царской армии, участник Первой Мировой войны. Не то чтобы Антонеску ему сильно доверял, но лучше кандидатуры не было. Губернатором Транснистрии был назначен профессор Алексяну. Алексяну вызывает подозрения как гуманитарий, но и психически он, как мне кажется был не совсем здоров, во всяком случае его фотки и видео оставили у меня именно такое впечатление.
17 октября Пынтя распространил по городу свое обращение к народу:
1b9db219db58.jpg
Одновременно, военные в лице генерала Якобича выпустили свое обращение:
Граждане Одессы!
Будьте спокойны! Никто не нанесет зла мирному населению, которое может продолжать спокойно работать и которое будет соблюдать все опубликованные приказы. Вам будут даны все священные права и все храмы будут открыты. Будут приняты меры о вашей пище, здоровье, и о том, чтобы обеспечить вашу жизнь и имущество. Советуем вам не совершать недружелюбных актов по отношению к армии и чиновникам которые будут управлять городом.
<...>
Командующий 4-й румынской армией
Корпусной генерал И. Якобич
Вообще ситуация была сложная. Вообразите себе - накануне зимы трехсоттысячный город вдруг остается без воды, без электричества, без транспорта (даже гужевого), фактически без продуктов, а вся телефонная связь оказывается уничтоженной. Более того, со всех медицинских учреждений вывозится всё оборудование, например те же ренгеновские аппараты. Перед Пынтей и 16-ю чиновниками которых он привез стояла непростая задача - в кратчайший срок наладить жизнь в городе. Поразительно, но это им удалось. К июлю-августу 1942 года уровень жизни в Одессе по многим пунктам (а может и по всем) превысил довоенный. Почему же это удалось?
Конечно, сказало свою роль грамотное управление. Румыны тут же переписали всех кто умеет что-то делать руками - инженеров, врачей, техников и привлекли их (за деньги) для налаживания систем функционирования города. Затем они включили зеленый свет для частного предпринимательства. Частные магазины, рестораны, кафе, парикмахерские, ремонтные фирмы стали открываться сотнями. Ну и не будем забывать, что с момента коммунистического переворота прошло 24 года, а со времени нэпа 12-13 лет. Сохранилось много людей, целый слой, который знал что такое частный бизнес. Кроме этого, румыны провели реституцию: если кто документально подтверждал что ему до революции принадлежал производственный цех или магазин - они возвращали. Совершенно ясно одно, если бы коммунистическую власть удалось свалить бы в это время, уровень жизни бы очень быстро поднялся. "Тех" людей было еще очень много.
Почему они всё это делали? Считается, что они хотели интегрировать Транснистрию в Румынию, а граждан рассматривали как своих поданных. Алексяну даже хотел провести референдум о воссоединении Транснистри и Румынии. Но возможно у немцев были свои планы, во всяком случае, у нас в качестве валюты ходила марка, а не лея. Между Транснистрией и Рейхскоммисариатом "Украина" была установлена полноценная граница, это потом сыграет свою положительную роль - после отличного урожая 1942 года регион будет просто завален продуктами.
Относительно легитимности пребывания румын на территории СССР и правомерности слова "оккупация" можно сказать следующее. Вообще, единственным легитимным обладателем прав на Одессу с 1794 года являлась династия Голштин-Готторпов. Они основали этот город и при них в нем было построено все, что заслуживает внимания. Но последний Император династии - Николай II в 1917 году отрекся от престола. Другим легитимным обладателем города можно считать армию генерала Деникина, так как он выступал за созыв Учредительного собрания. Возможно, легитимной является немецкая администрация появившаяся здесь в 1918 году, после заключения Мирного договора в Брест-Литовске. Все остальные власти, как ни крути - оккупационные. Это с одной стороны. Но если использовать норму "прав тот, кто сильнее", то все кто управлял этим городом являются легитимными. Скорее всего так посчитали и современные власти - на официальном сайте города имя Г. Пынти идет в общем списке городских начальников начиная с 1794 года. Иными словами, он такой же легитимный как и остальные. Румын никто не звал? Никто. А красных кто-то сюда звал? Тоже никто. Одесса вообще была оплотом контры, что запечатлено у множества русских писателей. Этот город был слишком богатый, чтобы быть "за революцию". Даже при большом количестве евреев. 7683f636a386.jpg
В общем, первые 5 дней пребывания румын в Одессе были довольно спокойными. 19 октября открылись городские рынки. Начался разбор городских завалов и расчистка улиц. Но 22 октября в дело вмешались агенты НКВД, которое занялось прямым террором и массовыми убийствами.
Примечание: Мне когда-то рассказывали, что во многих городах коммунисты, не желая чтобы на немцев работали определенные люди, поступали следующим образом. Заранее были заготовлены списки инженеров, врачей, специалистов в разных областях, отпечатаны на специальных бланках, а затем "забыты" в сейфах городских отделений НКВД. Типа как "списки секретных сотрудников". Потом эти списки попадали к немцам. Именно так было сделано в Симферополе, когда немцы молниеносно ворвались в Крым.
4.
Герман Пынтя отправил в Бухарест план восстановления Одессы еще в начале сентября, притом, что вообще не было ясно - будут ли румыны там в 1941 году. В плане, помимо всего прочего, были указаны здания в которых должны были разместиться различные подразделения румынской администрации. Военную комендатуру запланировали разместить в огромном доме городского НКВД что на Маразлиевской 40. Дом был построен в 1910 году и являл собой шедевр тогдашней инженерной мысли - в нем были лифты, горячая вода, паровое отопление и автономная электростанция. Но потом это здание приобрело дурную славу: в нем разместилась одесская ЧК, а она была одной из самых кровавых. В начале октября советские разведчики захватили румынского офицера. При нем был этот самый план. Непонятно почему, но взорвать решили не здание где будет размещаться Гестапо и не здание тайной румынской полиции "Сигуранца" (она разместилось в здании на Бебеля 12, где и до и после располагалось областное отделение НКВД), а именно комендатуру.
К взрыву подготовились основательно. Все работы велись ночью. В подвале здания был вырыт глубокий котлован. Туда заложили три тонны тротила, а возле колон - две стокилограммовые авиабомбы. Вся эта система должна была быть приведена в действие радиоуправляемым фугасом по сигналу из Севастополя. Подорвать его одесским НКВД-истам оставленным здесь для подпольной работы почему-то не доверяли (и, в общем, правильно делали), они должны были лишь передать по рации сигнал в момент, когда в здании соберется германское и румынское начальство. А уже из Севастополя должны были послать сигнал определенной частоты.
Дальше начали происходить малопонятные вещи. Когда румыны вошли в Одессу их тут же начали предупреждать что здание заминировано. 18 октября, перед въездом, его тщательно проверили немецкие саперы, 19 октября, поскольку сообщения о минировании не прекращались, здание еще раз внимательно проверили румынские саперы. Сами помещения и все что было в них, было оставлено в идеальном состоянии. 21 октября, когда Пынтя в этом доме пил чай в кабинете командующего 10-й пехотной дивизией генерала Глогожану (он был назначен военным комендантом), дежурный офицер сообщил ему, что его хочет видеть пожилая женщина дабы сообщить кое-что очень важное. Ее приняли, и она сообщила, что ее сын работал в этом здании электриком и рассказал, как его минировали сотрудники НКВД, после чего предложила всем немедленно покинуть здание. Об этом писал в своих воспоминаниях сам Пынтя и рассказывал в 90-х годах по румынскому телевидению племянник генерала Глогожану. Пынтя высказал беспокойство, но Глогожану успокоил его, заявив, что про минирование ему сообщали не раз и здание уже дважды проверено. Тем не менее, Пынтя настоял чтобы его проверили еще раз, так как такое количество народа не может настолько организованно врать. Женщину поблагодарили за информацию, выдав ей различные продукты, включая кофе, шоколад и пр.
На вечер 22 октября был назначен торжественный банкет посвященный вступлению в управление городом румынской администрации. Немецкий уполномоченный информационной службы Редлер в рапорте своему начальству о событиях в Одессе через несколько дней написал что: "В четверг, 22 октября, в 15 часов 30 минут, появились два коммуниста и предупредили, что в течение получаса здание взлетит на воздух. Но это предупреждение не было принято во внимание по причине ложной тревоги за день до этого".
В 17 часов 45 минут здание взлетело на воздух. Я говорил далеко не с одним человеком, который жил тогда в Одессе и все отмечают одну вещь. Никто не помнит что был какой-то звук, но все запомнили подземный толчок, казалось что произошло землетрясение. Это был самый крупный успех НКВД за 907 дней румынского пребывания в Одессе. Потом будет еще один - 18 ноября в районе первой заставы пустят под откос румынский эшелон. На этом героическая страница закончится и на то будут свои причины. Лишь в феврале 1944 года сюда на парашютах будет сброшен отряд НКВД во главе с чекистом Авдеевым (в свое время приговоренным НКВД к расстрелу, временно замененному 15 годами концлагеря), для "налаживания связей с партизанами". В течение нескольких дней группа прекратит существование, а Авдеев пустит себе пулю в лоб.
Взрыв на Маразлиевской оброс в советской литературе разнообразными легендарными подробностями. Всегда называются цифры убитых, причем всегда разные и всегда фантастические. "Была уничтожена вся румынская администрация", "сотни генералов и офицеров", "десятки генералов" и т.д. и т.п. Называют цифры в 300-400 человек. В эти цифры можно поверить, если вспомнить что разлетелся не только дом (№40), но дом под номером 42, и еще один дом, находящийся за современным магазином "Дары природы". И во всех этих домах, между прочим, жили люди. Но о них в советской литературе никаких упоминаний. Только о "сотнях генералов", которых, разумеется, не было.
Взрыв на Маразлиевской. Интересующий нас фрагмент начинается на 2 мин 56 сек с фразы "ла доу зеч ши доу октомбрие....."
А было вот что. О том, что дом заминирован к 22 октября знали все кто вообще имел доступ к информации. Поэтому на банкет приехали те, кто был полностью уверен что минирование - утка НКВД. Из генералов там был только один - Ион Глогожану. Его заместитель Тресторяну - не приехал. Прокурор и начальник полиции - не приехали. Пынтя - не приехал. Алексяну - не приехал. Ни одни немецкий генерал не приехал. Так что говорить о "всей администрации" просто смешно. Но где советский человек мог получить альтернативную иформацию?
Вот официальная румынская сводка:
Desi cladirea a fost controlata de genisti si nu a fost identificat nimic suspect, totusi in dupa-amiaza zilei de 22 octombrie, ora 17.45, ea a sarit in aer. In urma exploziei si-au pierdut viata si au fost raniti un numar de 135 de militari romani si germani (79 ucisi, 43 raniti si 13 disparuti), printre care comandantul diviziei 10 infanterie, generalul Ion Glogojeanu, seful de stat major, colonelul Ionescu Mangu, ofiterii germani, capitan de corveta Walter Reichert, comandor Herwart Schmidt, capitan Valter Kern.
На самом деле всего из немцев и румын там погибло 135 человек. Это самое больше число которое я вообще видел. Самое меньшее - 93. Из более-менее высокопоставленных офицеров (но не генералов!) отметим румынского полковника Мангу Ионеску и трех немецких капитанов. И всё. И вот это "всё" разрослось в воспаленных мозгах советских историков до "сотен генералов".
Перед разрушенным зданием, в Александровском саду румыны оборудовали мемориальное кладбище, которое в 1944 году забрали с собой.
Через день губернатор Алексяну докладывал Антонеску о погибших во время взрыва 17 офицерах, 35 солдатах, 9 румынских гражданских государственных служащих. Столь низкое число обусловлено тем, что к моменту доклада еще не всех откопали. В ответ на это Антонеску отдал приказ о казни 200 человек за каждого погибшего и 100 - за каждого раненого.
Табличка на доме с номером 40-42 (вместо двух домов после войны построили один). "22 октября 1941 года на этом месте советскими патриотами был высажен(?) в воздух дом комендатуры вместе с фашистским генералитетом, который находился в нем". Кроме откровенно безграмотно составленного текста, в нем конечно же не упоминается ряд нюансов - что "высажено" было три дома и что "советскими патриотами" были обычные офицеры НКВД, причем далеко не местные. Иногда в литературе говорится что "дом взорвали партизаны". Ага, ага... 088cec2f1575.jpg
Что происходило дальше - понять сложно. Румыны и немцы на следующий день устроили акцию возмездия, расстреляв и повесив довольно много народу, но вот сколько - сказать нельзя. Это был самый кровавый день во всей истории этого города. Как максимальная цифра называется число в 5000 человек. Конечно, НКВД ничем не рисковало. Заминировать дом в спокойной обстановке, а потом подорвать его с глубокого тыла и поехать получать ордена в Москву - большого героизма не надо. Обычная саперно-инженерная работа. Вроде подрыва скалы с целью прокладки тоннеля. И конечно они знали о последствиях, вот только эти последствия их совершенно не волновали. Я считаю, что то, что сделали румыны 23 октября было большой ошибкой, но есть данные что на них в этом вопросе сильно давили немцы. У нас очень много любят говорить о том сколько уничтожили немцы, но никогда не говорят что огромное количество подобных акций было ответом на действия спецбригад НКВД. Вообразите себе, что, скажем, 22 мая 1945 года в Карлсхорсте взлетел бы дом начиненный Жуковым, Телегиным, Соколовским, Берзариным и прочими? Я не знаю сколько бы там народу расстреляли, но то что все кого бы не расстреляли, отправились бы работать кирками и лопатами в суровые климатические районы СССР у меня сомнений не вызывает. 45d44765fdbb.jpg
В качестве комментария к этому объявлению можно добавить, что НКВД брало заложников с первого дня своего существования. Так например посылая в Одессу чекиста Авдеева в 1944 году с условно-смертным приговором, в заложниках была оставлена его семья.
5.
Как известно, советская власть уходя с той или иной территории, оставляла там т.н. "подпольные обкомы". В теории это выглядело так: первый секретарь обкома партии вместе со своим аппаратом переходил на нелегальное положение и должен был курировать все подпольную работу. Ну и плюс к этому - проводить на т.н. "оккупированных землях" решения Москвы. Эта же система дублировала себя и на районных уровнях. Получалось что вся территория оказавшаяся под немцами как бы была накрыта сетью партийных органов. Во всяком случае, так это показано в советских фильмах.
В реальности же дело обстояло немного иначе. Даже не немного иначе, а с точностью до наоборот. Ну неужели вы думаете, что реальные действующие подпольные обкомы были, скажем в Эстонии или Молдавии? Или может они были на донских землях, где немцев встречали чуть ли не крестными ходами? Или может они были на Западной Украине? Да там всех коммунистов натурально вырезали в первые дни войны. Вместе с польскими профессорами.
Ну и уж совсем смешно получилось в одном черноморском городе.
В 1941 году местный обком возглавлял товарищ А.Г. Колыбанов. Он-то и должен был остаться в городе и возглавить теперь уже подпольный обком. Но в последний день он решил, что лучше не рисковать, переоделся в форму полковника (всем партработникам в 1940 были присвоены воинские звания адекватно статусу и выданы три комплекта формы - полевая, обычная и парадная) и покинул город вместе со своей семьей. Как он там объяснял центру свой поступок, я не знаю. Может добыл себе документы что у него грыжа, язва или раковая опухоль размером с футбольный мяч, а может еще что. Вместо себя он оставил в качестве первого секретаря бывшего колхозного парторга товарища Петровского, а в качестве второго - функционера Сухарева. Для "налаживания" подпольной работы Петровскому была выдана солидная сумма в золотых червонцах и указаны места где спрятано оружие, рации, листовки и т.д.
Когда пришли румыны, Петровский, поразмыслив мозгами, тоже решил не рисковать, да и какую он мог организовать подпольную работу? Он что, шпион? Тем более что румыны прямо объявили что им нужны разные знающие люди. В общем, через пять дней он пошел и рассказал всё про себя, попросив румын найти ему приличную работу. Его пару дней подержали, проверили все что надо и выпустили, дав таки приличную работу в администрации. Говорят, что за это он слил около 300 "коммунистов-подпольщиков", но в это верится с трудом. Но точно известно, что он слил второго секретаря Сухарева. Тот, оставшись без денег (они были у Петровского), но имея кучу паспортов на разные фамилии (на Лубянке такие шлепали в огромных количествах) устроился работать сторожем в магазин и однажды был опознан Петровским. Румыны его тут же расстреляли, так как он не подчинился приказу от 7 ноября 1941 года обязывающего всех коммунистов зарегистрироваться в специальных пунктах и признать что они заблуждались в своих убеждениях. Когда в конце 1943 года красный фронт подходил к Одессе, Петровский решил перейти на нелегальное положение, но был схвачен и для страховки отправлен в Бухарест. Там, в сентябре 1944 года его и встретила Красная армия и родное НКВД. Следствие, суд, расстрел. Такова краткая история "одесского подпольного обкома". Не смешно?
Было оставлено и подполье чекистское. Оно как бы по идее должно быть более организованным. В реальности опять получилось совсем не так.
В начале октября, когда Одессу было решено оставить, с Москвы "на укрепление" местных кадров прибыла московская бригада чекистов - 6 человек во главе с неким Молодцовым. В 1934 году он пришел в эту структуру рядовым и за 6 лет дослужился до майора. Это ж сколько нужно было народа перестрелять за это время чтобы так вырасти? Ну да ладно...
5 октября, в катакомбах села Нерубайского (именно туда водят туристов, хотя на настоящие катакомбы они уже давно не похожи) состоялась знакомство будущих подпольщиков - московских и одесских. Как обычно - водка, обильная закуска, разговоры о том, о сем. В общем московские начали качать права. Типа они тут главные, они старше по должности и званию, и им должны все подчиняться. А здесь народ горячий и таких разговоров не любит. Тем более когда условия экстремальные. Завязалась грандиозная драка в которой одесские используя численный перевес (13 против 6) зверски избили московских. Более того, командир одесских - Кузнецов - сказал, что не уступит командование своими людьми московским. 4ccc1b24514f.jpg Возможно именно поэтому одесских и не подпускали, скажем, к минированию дома на Маразлиевской. Возможно именно они и слили румынам что дом заминирован уже в первый день, но при этом не могли рассказать о системе минирования - они ее просто не знали. И немцы, и румыны, проявили удивительную беспечность и 22 октября Молодцов послал сигнал в Крым. Оттуда через некоторое время вернулся сигнал приведший в действие радиофугас. Последствия этой бессмысленной акции хорошо известны.
Впрочем, московским долго поработать не удалось. Лидер одесских подпольщиков работавших "наверху" (т.е. в городе, а не в катакомбах) - Н. Федорович - предложил свои услуги Сигуранце. Первым делом он выманил наверх Молодцова. На конспиративной квартирее 25 февраля его арестовали. Как только стало известно об аресте Молодцова, оставшихся в катакомбах четверых московских разоружили одесские и закрыли в одну из пещер. Чуть позже все они были расстреляны по приказу руководителя командира "катакомбных" Кузнецова. Постепенно голод выгонял подпольщиков на поверхность, где они становились легкой добычей Сигуранцы, большей частью соглашаясь на нее работать.
Вот как описывает ситуацию не лето 1942 года исследователь Ю. Гаврюченков:
"...отряд чекистов на своих скудных запасах стойко и мужественно продолжал вести подпольную работу. По мере помрачения духа, партизаны придумывали себе развлечения. Почти все стали вести дневники, а некоторые предались совершенно запретным утехам. 28 августа 1942 года Кузнецов собственноручно расстрелял оперативника Молочного за кражу куска хлеба. 27 сентября еще двое, Польщиков и Ковальчук, были казнены за воровство продуктов и "половую распущенность". Вполне обоснованно опасаясь, что он может стать следующим, москвич Абрамов убил Кузнецова месяц спустя. В своей записной книжке, позднее найденной в катакомбах украинским НКВД, Абрамов писал: "Бывший начальник третьего особого отдела одесского управления НКВД лейтенант государственной безопасности В.А. Кузнецов был застрелен мною двумя пулями в висок в зале "Зеркальная фабрика" (название большой искусственной пещеры в каменоломнях) 21 октября 1942 г."
Автор не пишет какую именно подпольную работу они все вели. По всей видимости она была настолько секретна, что ее никто и не заметил.
А в городе в это время была уже полностью налажена жизнь, открылись сотни ресторанов и кафе, буфетов и забегаловок. Некоторые из заведений открывали работавшие на Сигуранцу чекисты, используя для этого оставленные на "подпольную работу" деньги. Потом слали в Москву донесения, что открыт такой-то ресторан, который будет использоваться для организации конспиративных встреч. А как отчет о "проделанной работе" посылали сообщения типа "мной такого-то числа в ресторане таком-то, где часто обедают румынские офицеры, была завербована повариха такая-то, которая теперь регулярно подкладывает в блюда микродозы мышьяка". Или "мной был завербован автослесарь такой-то, который теперь подсыпает песок в карбюраторы румынских автомобилей". И все в таком же духе. Такой спам шел в Москву потоком. Именно поэтому несмотря на "грандиозную историю партизанского движения Одессы", только двум людям стоят даже не памятники, а так, памятные плиты. Молодцову и его связнику Гордиенко. И всё.
Осуждать подпольщиков нет никакого смысла. Если страна кинула город, то почему город не может кинуть страну? Каждый приспосабливался как мог, тем более никто не знал когда вернется красная армия и вернется ли вообще? Да и не все так сильно обожали советскую власть. Особенно загорелые ребята с пляжей и лиманов. А вдруг завтра мир с Гитлером и Антонеску подпишут, так что, вечно в этих норах сидеть? Тем более что наверху жизнь кипит и куда веселее чем при Советах. Еда, девки, пляжи, развлечения. Я имею определенный опыт пребывания в катакомбах и могу сказать, что там действительно едут мозги. И быстро.
В сентябре 1944 года все архивы Сигуранцы попали в лапы НКВД после чего вся "одесская" часть подпольщиков была расстреляна. Вот и нет памятников. А народ водят на экскурсии и рассказывают, рассказывают...
6.
Про румынский период истории Одессы написано грандиозное количество статей, книг, воспоминаний и исследований. Вряд ли про какой-либо еще город находящийся во время советско-германского конфликта 1941-45 гг. не под контролем Кремля написано больше. Артефакты связанные с ним до сих пор являются объектом бешеной спекуляции и наживы, уступая по стоимости только немецким того же времени. Регулярно проводятся выставки, где коллекционеры эти самые артефакты выставляют. И, тем не менее, достоверное описание его практически невозможно. Здесь та же история что и СССР эпохи Брежнева, а она не так давно ведь была. Вот пишут пять человек пять разных статей о жизни тогда. Читаешь и видишь что все пять говорят правду, при этом статьи совершенно разные. Так и с румынами. Поэтому статьям я не очень доверяю, точнее доверяю в том смысле, насколько их содержание не противоречит тому, что я слышал от многих-многих людей, в первую очередь от своих родственников. Да и половина нашего старого двора жила при румынах. Интересно, что я не слышал ни одного "ужастика". Все высказывания носили такой, отвлеченно-уважительный характер и сводились к двум тезисам: а) при румынах все было, б) при румынах все работало. А помните фразу сказанную вором в законе Гоцману в фильме "Ликвидация": "при румынах было лучше"? Так вот, эта фраза вообще-то крылатая.
Так, например, ветеран той войны Георгий Еремин вспоминает:
"В 1945 - 1948 годах мне довелось находиться в Одессе. В годы войны Одессу оккупировали румыны, немцев там не было. Сакраментальная фраза одного из действующих лиц фильма "Ликвидация": "При румынах было лучше!" тогда действительно частенько слышалась в городе. Так считали многие одесситы, потому что румыны не зверствовали, как немцы, была разрешена частная собственность и вольная торговля. После освобождения города многое из этого "частного" и "вольного" какое-то время еще сохранилось".
Но это все будет потом.
А пока в 1941-м....
27 октября. Выходит первая газета, она так и называлась "Одесская Газета". Вообще при румынах Одесса была наводнена печатным словом. Здесь издавалось целая куча газет, включая детские, плюс возили газеты из Румынии и Германии. "Одесская газета", помимо общих новостей, развивала т.н. "английский дискурс". "Рука Лондона", "англичане гадят", "англосаксы" и т.д. Издавалась ежедневно. Мне вот, сколько я помню себя в ЖЖ, часто говорят типа "Майкл, чё ты Галковского не читаешь, он там такие интересные темы двигает про англичан!". Но мне эти интересные темы неинтересны. Я не считаю что "англичане правят миром". А то, что излагает Дмитрий Евгеньевич "про Англию", любой одесский пацан мог прочесть в 1941-44 гг. заплатив 10 пфеннигов или просто взяв подержанную газету бесплатно. Я "про англичан" прочел взяв толстую пачку "Одесской Газеты" у знакомого старого еврея в конце 80-х годов. У меня даже шальная мысль возникла сейчас: может какой-нить "дедушка Изя" тоже когда-то подогнал такую же пачку главному русскому философу конца ХХ - начала ХХI века, а он их "творчески переработал"? Правда, скажу вам честно, я и сам взял кучу фраз и оборотов с тех газет. Ну в общем вы поняли, да? 778f2d211140.jpg2_018.jpg2_019.jpg Издавалась также популярная газета "Молва". Она освещала гламурную жизнь города. Театры, литературные вечера, премьеры, постановки, рецензии, приезды знаменитостей. Еще была газета "Смех". Шутки на грани приличия, анекдоты, полупорнографические рисунки, ну и гвоздь программы - карикатуры на Сталина, советский строй, членов Политбюро. Вообще феерическая картина, которую очень трудно вообразить: в то время как "красная часть" страны ежедневно читала чудовищную галиматью от всяких там симоновых, пастернаков, эренбургов, демьянов-бедных, цезарей-солодарей, полевых и прочих твардовских с фадеевыми и петрами-лидовыми, у нас можно было поржать читая анекдоты про Сталина, узнать о происках и методах влияния англо-саксонской элиты, прочесть о том, что Сталин - банальная марионетка Англии и США. Так то! Ну и про евреев конечно тоже много чего публиковалось. Именно поэтому здесь всегда было много "прошаренных" в этих вопросах людей. И именно поэтому у нас всегда было зашкаливающее количество антисоветчиков. После апреля 1944 года, у кого находили подобные газеты, давали 10-15 лет концлагерей.
"Смех" 2_013.jpg2_012.jpg 3 ноября, после того как удалось наладить несколько электростанций, начали работать первые трамвайные маршруты.
4 ноября возобновили работу 6 больниц. Правда, был острейший дефицит лекарств и оборудования, но уже в ноябре с Румынии и Германии доставили 2 рентгенаппарата и еще много чего.
7 ноября обязали прийти и зарегистрироваться всех коммунистов. Они должны были подписать бумажку, что заблуждались в своих убеждениях и в отношении них никаких санкций не применялось. Мне интересно - попали ли эти списки в лапы НКВД после сентября 1944 года?
15 ноября пущена первый мощный электрогенератор. Отремонтирован местными умельцами.
16 ноября одесское отделение германо-румынских железных дорог возобновило пассажирские перевозки по Транснистрии.
19 ноября всем улицам возвращаются названия что были при царе. Правда, пять улиц называют в честь румынских деятелей, а так же Гитлера и Муссолини.
25 ноября для всех трудоспособных граждан Одессы от 16 до 60 лет (кроме беременных и т.д. ) вводится обязательная трудовая повинность. За нее назначается денежная оплата плюс выдача продовольственных карточек.
26 ноября из библиотек изымается вся коммунистическая литература и книги т.н. "советских писателей".
27 ноября возобновляется учебный сезон, для чего открываются 50 школ. При школах организуются буфеты и система бесплатных завтраков. Разумеется, все коммунистические предметы изымаются из курса обучения, вместо них раз в неделю - румынский язык и закон божий. Немецкий тогда и так все учили. Конечно, учится было тяжело - не было ни света, ни тепла, но все же дети были как-то пристроены.
К 28-му ноября уже открыты все православные храмы закрытые коммунистами, те, что не успели взорвать. Мало кто знает, но именно румыны составили план восстановления Кафедрального собора взорванного в 1936 году и восстановленного в 2002-ом.
29 ноября начинает работу трансляционная сеть. Вместе с передачами на русском языке идут передачи из Германии, Италии и Румынии.
В начале декабря привозят два мощных генератора из Румынии. Это позволяет подать электричество в квартиры горожан.
3 декабря объявлен набор в полицию. Требования - жесткие. Только молодые мужики, только те кто служил действительную службу в Сов. армии, и только те, кто закончил ее в звании не ниже сержанта. Как "бонус" - чтобы были разные значки и поощрения. Желающих много. Конкурс - огромный. Устроиться в полицию считалось большой удачей. Стабильная зарплата плюс паек. Говорят, вакансии за 2 дня заполнились.
7 декабря открылась обсерватория
13 декабря возобновляет работу оперный театр. Премьера - "Евгений Онегин". Зал забит.
14 декабря увеличиваются нормы выдачи хлеба по карточкам. Уже работает хлебзавод и куча частных пекарен. Хлеб можно купить и в свободной продаже.
В 1941 году возвращена собственность 2567 одесситам сумевшим документально доказать что коммунисты ее конфисковали.
16 декабря открываются первые две столовые, где малоимущие слои населения могут питаться бесплатно.
Разрушены все памятники коммунистическим вождям. Издан указ обязывающий сдать на уничтожение картины и портреты с их изображением. Запрещено публичное исполнение коммунистических песен.
К 22 декабря восстановлен водопровод Одесса-Белявка. В квартиры горожан пришла вода.
К новому году организована массовая продажа мяса по низким ценам.
Собрав брошенные в окрестностях Одессы автомобили и подводы удалось частично наладить вывоз мусора и доставку товаров.
К 31 декабря 1941 года в Одессе уже открыто 500 магазинов. Из них 47 кондитерских, 7 книжных, 4 цветочных, а 2 - домашних животных и кормов к ним.
Завершался год оперой "Фауст" и запуском целой серии предприятий, в основном пищевой промышленности.
7.
В пребывании румын в Одессе есть один очень важный системный момент. Вот сейчас постоянно говорят что надо "бороться с коррупцией", "сажать чиновников" и т.д. Но давайте посмотрим на Китай. Там чиновников не только сажают на срока 15-20 лет, но регулярно расстреливают на площадях, в присутствии многотысячных толп, да еще и по телеку показывают чтобы в самых отдаленных провинциях видели. И что? Да в Китае просто зашкаливающий уровень коррупции. И оттого что, скажем, на той же Украине арестуют или порвут на куски "коррумпированного" судью или чиновника, ничего не изменится. На его место тут же придет другой. Тоже за взятку, по блатам, по связям, по крови и т.д. Случайных людей там не бывает. И конечно же он продолжит дело своего предшественника.
В одесском случае получилось так, что в один день исчезла вся властная вертикаль. Все чиновники, менты, прокуроры, судьи, советские и партийные органы, все в один день прекратили свое существование. И на их место пришли новые люди назначенные с разных мест. Никаких устоявшихся кланов не было и не могло быть, они так быстро не формируются. Ну и плюс они имели соответствующие установки от Антонеску, который довольно бдительно следил за тем, что происходит в этом городе. Мне не известен случай посадки румынских чиновников при Пынте в Одессе, но то что их регулярно выкидывали с работы - факт. А помните как было при СССР? Погорел, скажем, чиновник (коммунист, разумеется) на квартирных взятках в райисполкоме, его в наказание ссылают на должность директора завода. Развалил завод - в наказание отправляешься председателем в колхоз. Развалил колхоз - будешь каким-нибудь "инструктором по работе с молодежью". Но это для мелких элементов системы. Крупных в наказание отправляли послами в государства третьего мира, или на унизительные должности типа министра культуры (напр. Фурцева)или зам. Министра плодоовощной промышленности (напр. Медунов).
Александр Черкасов в своем четырехтомнике "Оккупация Одессы" чуть ли не половину объема книги посвящает делам финансовым, скрупулезно анализируя сколько денег на то или иное полезное мероприятие выделила городская администрация и задает вопрос - откуда у муниципалитета такие средства? Более того, анализируя архивные документы, он приводит фантастическую цифру бюджета Одессы на 31 августа 1942 года - 61 миллион марок. При том, что килограмм хлеба стоил 1-2 марки, а килограмм свинины 4-5 марок. Конечно, никакая местная коммерция и разные поступления в бюджет от налогов не могли дать подобной суммы. В городе-то всего 250 тыс. жило. Появление этих сотен миллионов марок можно объяснить только тем, что в Одессе был создан некий "прокруточно-конвертационный центр". Ведь притом, что администрация здесь была румынская, единственной законной валютой была немецкая. Я не думаю что это было сделано просто так. Возможно через бюджет города отмывали марки, возможно еще что-то в этом роде. Но те, кто это точно знал, ничего не рассказали.
Итак, судя по предыдущим частям, народ очень интересует главный вопрос: жратва. Как с ней обстояло дело при румынах? Ответов на этот вопрос я слышал два. Старые люди говорили "как при нэпе", совсем старые - "как при царе". На самом деле чуда здесь тоже никакого не было. Воспользовавшись теплым ноябрем 41-года, румыны успели провести сев озимых. В 1942 году вообще был собран грандиозный урожай в котором Румыния как таковая не нуждалась, у них своих продуктов было в избытке. Не нуждалась в них и Молдавия, она сама традиционно вывозила продукты. Так что, все что выросло - здесь и оставалось. Чтобы убрать весь урожай, румыны воспользовались советскими наработками - все учащиеся всех учебных заведений (кроме младших классов, разумеется) обязаны были отработать 21 день на сельскохозяйственных фермах. В общем, после 12 лет сталинской голодухи, можно было и поесть. Не было денег на мясо - ели рыбу, румыны создали сеть рыболовных артелей, которые сдавали определенный процент от вылова государству, а остальное могли продать по свободным ценам на рынке.
Вот, к примеру, фрагмент дневника старшеклассника-одессита Юрия Суходольского, вернувшегося в наш город осенью сорок второго года:
"27.09.1942 г.
...Позавчера в 5 часов утра были в Одессе. Доставились пешим порядком. Ну, конечно, встречи, лобзания... Подали заявления в индустриальный техникум... Буду бесплатно учиться. Вообще же плата 200 марок в год. Марки тут зовут рублями. Продуктов тьма - страшнейшая радость. Пребывание с отцом и товарищами. Вот только жалко смотреть на разбитые дома...
10.10.1942 г.
...В Одессе, что и говорить, жизнь налажена. Городской голова г-н Герман Пынтя на открытии Университета сказал, что жизнь в Одессе лучше, чем в каком-либо другом городе Западной Европы. Действительно, на базаре прямо что-то удивительное: колбасы, мясо, масла, фрукты и все прочее. Конечно, всё страшно дорого, но все-таки... Школы и Университет функционируют, ездят трамваи. В городе на каждом шагу румынская "бодега", комиссионные магазины, по улицам ходят нарядные дамы (сильно накрашенные), румыны и немцы. Около будок стоят часовые. Попадаются разрушенные здания - обком, банк, 116-я школа, телефонная станция, авиаспецшколы, Пушкинский домик. Много домов. Некоторые разрушены до основания, но часть из них (обком, Пушкинский) уже отстраиваются.
А вот, например, раскладка по одной из улиц - Дерибасовской:
1) большой магазин с 25 сортами мясных изделий, Дерибасовская 7; владелец Шмидт и Ко (3 чел.) имели свою колбасную мастерскую, Мясоедовская улица, 49.
2) Дерибасовская 2, большой гастрономический магазин, владелец румын.
3) Дерибасовская 15, гастрономический магазин, владелец Петров и Ко (2 чел.); своя колбасная мастерская Госпитальная 21.
4) Дерибасовская 19, гастрономически-продуктовый магазин владелец Онипко.
8) Дерибасовская, угол Красного переулка, кондитерско-гастрономический магазин, владелец румын.
6) Дерибасовская 22, угол Екатерининской, гастрономический магазин.
Скажу, вам, что в 70-80-е на Дерибасовской был только один мясной магазин, в котором мясо бывало 2 раза в месяц и чтобы купить килограммчик нужно было встать в 4-5 утра и занять очередь.
Интересно, но кто-то же покупал продукты на 9 рынках и во всех этих сотнях продуктовых магазинов? Дорого? А что, сейчас они дешево стоят? Каковы были зарплаты? Разные и сильно отличались. 120-150 марок считалось низкой зарплатой. Но например инженер, а на них был просто огромный спрос, мог спокойно получать 600-700. За такую сумму в те времена можно было купить швейцарские часы обычных моделей. Пожрать в ресторане с выпивкой по полной программе - 25 марок на рыло. Были трудности прежде всего с таким товарами как сахар, соль, керосин. Они стоили очень дорого. С керосином понятно - он нужен для войны. А вот высокие цены на соль можно объяснить тем, что здесь ее просто нет. Что же до сахара, то на него был огромный спрос - румыны совершенно не реагировали на то, что граждане в массовом порядке варили самогон. Так же трудно было с вещами и обувью, хотя в 1942 начали запускаться обувные и швейные предприятия.
Еще один интересный момент - спортивная жизнь города. Она, что называется била ключом. В Одессе проходили международные турниры с участием команд стран-союзников, включая "Ювентус" и "Лечче". Три раза в неделю проходили скачки на иппордроме. Ну и очень мощный толчок получил бокс.
Интересная, но несколько тенденциозная статья про бокс в Одессе 1941-44 гг.
Проводились также мотогонки и легкоатлетические соревнования.
Из технических нововведений: были запушены две АТС. Они проработали до конца 90-х годов, их так и называли "румынскими". Номера начинались с цифр 21,22,23,24,25. Запущен международный аэропорт. Налажено почтовое сообщение со всеми странами континентальной Европы. К началу лета 1942-года жизнь в городе настолько нормализировалась, что в Одессу в массовом порядке начали приезжать экскурсии и иностранные делегации. Ну и самой собой заезжие знаменитости - оперные певцы из Италии, русские исполнители эмигрировавшие после революции и т.д. С триумфом прошли гастроли короля русского романса Петра Лещенко.
Кстати, после апреля 1944-го любые положительные высказывания об этом периоды были чреваты.
Так, В. Файтельберг-Бланк и В. Гридин в своих "Зарисовках одесского быта" приводят интересный эпизод из послевоенной жизни:
"И во время очередной гулянки - по случаю встречи Нового года, когда он [Порезанный] попал в компанию свежих ребят, которые не были в оккупации, так называемых восточников, его, что называется, от души прорвало. Говорят, при очередном тосте, не выдержав упреков тех ребят в том, что жили при румынах, он вскрикнул: "Зато это была настоящая жизнь - не то, что теперь... Вы разве поймете это, дураки несчастные?" А потом кто-то заявил на него - написал жалобу на такого "защитника оккупантов". И в один недобрый час за болтливым гулякой приехал "воронок".
Удивляться опять-таки нечему. Жизнь в СССР буквально всех поражала своей унылостью.
Ну и напоследок хочу кинуть сюда фрагмент выступления Г.Пынти по случаю годовщины пребывания румын в Одессе. К сожалению, полный текст я еще не достал, он большой, Пынтя говорил два часа. Кидаю лишь то, что привел в своей книге А. Черкасов. 3b8551165ade.jpgb57df74e119c.jpg93b40f04bc04.jpg68968f99dcb9.jpg31c054c2eb97.jpg31015a58e6ec.jpg 8.
Положение в Одессе начало ухудшаться с осени 1943 года. Фронт приближался, а немецкая марка претерпела жуткую инфляцию. Цены выросли в разы. Нет, по сравнению с периодом 1944-48 года, когда вместе с большевиками пришла очередная голодуха, со всеми атрибутами - детьми-рахитами, опухшими взрослыми, массовым подкидыванием детей 1942-44 г.р. в детские дома и "забыванием" их на рынках города, в 1943-м все было более-менее, просто крестьяне не везли товар в город, придерживая его до лучших времен. Они настали в апреле 1944-го - всё конфисковали советы.
Ну и весьма опасными были последние дни. Румынов сменили немцы.
Да, уходя румыны украли пять троллейбусов и рельсы с улицы Ришельевской. Троллейбусы, впрочем, скоро вернули.
Король Михай I получал во время войны Железные кресты от Гитлера, а после войны получил орден "Победы" от Сталина. Если он в свои 25 лет уже успел набраться хоть какого-то опыта, то должен был понять, что ему как монарху пришел конец. Сталин дружил только с теми, кого не имел возможности удушить. Два года в Румынии существовал странный режим - монархия, но с коммунистическим правительством в которое входили отморозки и отмороженные дуры типа Анны Паукер и Георгиу-Деж. В честь последнего даже назван город в России, притом, что в самой Румынии никаких городов в честь коммунистов никогда не называлось. Среди румынских правых король считается предателем. Любопытно, что свергнувшая в 1989 году Чаушеску гебешная группировка Ильеску-Романа панически боялась этого старого придурка, но все же разрешила ему совершить краткий визит "на родину". Жив до сих пор. Его имя золотыми буквами написано в Георгиевском зале Кремля.
"Кондукаторул" Ион Антонеску и "гувернаторул" Георге Алексяну были в 1944 году доставлены в Москву на Лубянку. О чем они там говорили с кровавой гэбней - понятья не имею, но в 1946 году коммунистические власти устроили над ним скоротечный "народный суд", после чего их тут же расстреляли. Случай весьма похожий на случай с Чаушеску. Антонеску сам требовал для себя смертного приговора, но настаивал, чтобы его расстреляли военные, а не жандармы. Во время расстрела (на пару с Алексяну, своим братом и бывшим министром внутренних дел) даже пытался им командовать.
Ликвидация Антонеску, Алексяну и Ко. Контрольные выстрелы в голову. Беременным просьба воздержаться от просмотра.
Герман Пынтя после войны попал под два судебных процесса связанного с военными преступлениями. Оба раза был оправдан "за отсутствием состава преступления". Историки до сих пор ломают головы - почему? В качестве самой популярной версии выдвигается заступничество маршала Тимошенко. Дело в том, что он сам из Бессарабии, причем из той части, которая в 1918-40 гг. входила в состав Румынии. В Одессе жила его сестра и вроде как Пынтя лично позаботился чтобы ее никто не трогал. Мне эта версия представляется малоубедительной. Мало ли кто кого спасал? Сталин вон своего сына не вытащил с концлагеря хотя имел все возможности. И маршалов он тоже стрелял - как до, так и после войны. Хотел бы он расстрелять Пынтю, никакой "маршал Тимошенко" бы ему не помешал. Злые языки говорят даже, что он имел какую-то награду от Сталина. А на румынских исторических сайтах и форумах я неоднократно наталкивался на инфо, что он как-то был связан с Англией. Поверить в это можно и вот почему. Дело в том, что Пынтя в 1918 был активным членом и местным лидером молдавской прорумынской организации "Сфатул Цэрий" ("Совет Края") которая была связана с английской разведкой. Так он и жил себе спокойно в Румынии, написал мемуары, но однажды летом 1967 года, уже при Чаушеску, он зашел в свою любимую кафешку выпить кофе, ему принесли кружечеку, он выпил и тут же упал замертво. Семье сообщили об этом только через три дня. Его смерть может и не вызывала бы подозрений, но именно в это время в Румынии шла тотальная компания по "замазыванию" всего что связано с ее участием в войне на стороне Германии. В Кишиневе ему стоит памятник и названа улица.

Ю. Суходольский, фрагменты из дневника которого я приводил, был через несколько дней после прихода красных мобилизован в армию и в ноябре 1944 получил пулю от какого-то немца или мадьяра на озере Балатон.

Петр Лещенко умер в румынском концлагере на строительстве никому не нужного канала "Дунай-Черное море" (стройка была заброшена сразу после смерти Сталина и возобновлена только при Чаушеску. Обошлась в миллиарды).

P.S.

Что вообще можно сказать по поводу всего вышеизложенного? Конечно, партизаны сидящие в катакомбах в 1942 понимали, что война проиграна, а потому стремились легализоваться, вступая в контакты с Гестапо и Сигуранцей. Они не знали что гарантом "победы" СССР в той войне являются Соединенные Штаты и что Сталин уложит все население чтобы реализовать поставленные ими задачи. Народ привыкал к новому стилю жизни и, насколько я знаю, прихода красных здесь ждали далеко не все. Более того, многие ушли с румынами и НКВД их достало уже в самой Румынии.
СССР развалился еще при жизни тех, кто помнил румынско-немецкое присутствие. Он проиграл всё, всё что вообще можно было проиграть. Германия, пусть и урезанная в территориях, вполне себе на месте. Румыния фактически сохранила те земли, что были у нее к 22.06.1941.

Александр Черкасов. Жизнь в Одессе в период румынской оккупации 1941-43гг.

Cronica cinematografică românească. Bătălia pentru Odesa. Одесса Румынская хроника

joi, 29 decembrie 2016

Ion Coja. Cât grijania mamii lor or să mai tacă ?!

 Dl Ion Coja poate pune pe lista istoricilor care fac excepție numele lui Ion Aurel Pop, rectorul Universității din Cluj. Dan Culcer

Cât grijania mamii lor or să mai tacă ?!
„Ție, popor ingrat, nu-ți va rămâne nici cenușa mea!”
Circulă pe internet, tot mai des postată, suspect de des, aș zice, o vorbă atribuită Mareșalului Ion Antonescu: „Ție, popor ingrat, nu-ți va rămâne nici cenușa mea!” În fapt, este un citat, vorba aceasta a spus-o Scipio Africanul, marele general roman, adresându-se Romei mame, căreia îi adusese servicii atât de mari!
Scipio a avut motive să rostească asemenea cuvinte înainte de a-și curma zilele! Dar Antonescu nu avea niciun motiv ca să se pronunțe cu aceste cuvinte despre români: popor ingrat!… De unde și până unde?!… Care să fi fost ingratitudinea poporului român față de Mareșal?! Poporul român nu a avut nicio legătură cu cele petrecute la 23 august 1944 sau la procesul mareșalului! Vinovat pentru tragedia de la 23 august 1944 fusese regele Mihai! Și însuși Mareșalul, la drept vorbind! Ca militar, trebuia să se aștepte la orice trădare și să se păzească!
Mareșalul nu putea nicicum să invoce ingratitudinea poporului român! În plus, nimic din ce a mai declarat sau scris Mareșalul Ion Antonescu nu „rimează” cu o judecată atât de severă și, slavă Domnului, atât de nedreaptă, la adresa românilor: popor ingrat!… Exclus! Asemenea cuvinte nu au fost rostite de Mareșal! Asemenea cuvinte, slavă, Domnului, nimeni nu le poate rosti la adresa românilor!
Acestea fiind zise, mă întreb cât de autentic este așa zisul Testament al lui Ion Antonescu? Nu cumva măcar parțial, pe ici colo, este un text apocrif, un fals? Unde se află originalul? Cine i-a verificat autenticitatea?! Când se face prima oară mențiunea privind existența acestui „testament”?… Și alte întrebări, legitime, la care eu nu am un răspuns, îl aștept de la specialiștii noștri.
Cum spuneam, fraza pusă în discuție de mine circulă tot mai des pe Internet! Nu singură, ci în bună companie cu alte cuvinte asemănătoare, de dezicere de neamul românesc, de repudiere a românilor, texte atribuite unul lui Octavian Goga, altul lui Petre Țuțea, amândoi mari naționaliști!
Citatul din Octavian Goga – pe care nu-l mai reproduc, ca să nu fac astfel jocul inimicilor noștri, este o frază pe care Octavian Goga n-a publicat-o niciodată, în niciun text. A găsit-o un istoriograf în arhiva Goga, notată pe un petec de hârtie! Un bruion căruia Goga însuși nu i-a dat vreo valoare, nu l-a inclus în textele sale publicate sau măcar duse până la capăt și rămase în manuscris! O asemenea notiță răzleață nu știi niciodată ce rost și ce valoare avea pentru cel care a înseilat-o.
…M-am întristat foarte tare când am văzut însă ce importanță exagerată i-a dat colegul istoric! În numele „sincerității” cică! L-am tras de mânecă atunci pe colegul istoriograf, istoric cu oarece merite, dar care în niciun caz nu a fost un istoric sincer în tot ce a scris și, mai ales, sincer în tot ce nu a scris! Da, sinceritatea și obiectivitatea, respectul pentru adevăr, se măsoară la istorici nu numai pe textele publicate, ci și pe textele ne-scrise, pe subiectele ne-abordate, ocolite cu mare grijă, nu cumva să deranjeze „împărăția”!
Să fii istoric specialist în epoca modernă și contemporană a României și să nu „ataci” tezele și textele care atacă demnitatea românească prin minciuni și calomnii scelerate, să nu răspunzi acestor acuzații scandaloase numai pentru că acele minciuni au ajuns subiecte tabu, interzise de niște guvernanți politici trecători și ticăloși, să nu ai nicio obiecție, bunăoară, la acuzația de „holocaust” în Transnistria prin care suntem puși cu spatele la zid fără nicio dovadă, fără nicio probă serioasă, această veritabilă dezertare de la imperativele morale ale muncii de istoric este un semn de obediență penibilă, rușinoasă, semn de supunere mercenară la incorectitudinea celor care au adus Țara în pragul dezastrului! Semn de colaborare cu ocupantul Țării!… Pe cine slujesc istoricii noștri, care de care mai academici, prin lacunara și selectiva lor sinceritate?! În niciun caz adevărul! În niciun caz Neamul!
Singura scuză a istoricilor noștri de azi este că exact așa au procedat și profesorii lor, toți!, precum și majoritatea colegilor sau studenților lor! …Am zis majoritatea, adică nu chiar toți, cu gândul la Gheorghe Buzatu și alții, nu mulți, dar autentici, ca oameni și istorici!
Istoricul de care am pomenit nu mi-a răspuns la învinuirea că a greșit grav când a dat importanță unui petec de hârtie și a pus în circulație un text infam, care a devenit infam abia prin publicare, sinonimă cu un atac ticălos la persoana lui Octavian Goga, dar și la imaginea / icoana Neamului. Păcat! Mare păcat, să vezi cum poate cineva să răstoarne șiștarul plin cu lapte!…
…Cât privește citatul cel mai circulat, atribuit lui Țuțea, să precizăm că este vorba de un comentariu făcut de Țuțea imediat după alegerile din 20 mai 1990. Și se referă de fapt la „poporul de imbecili” care l-a votat pe Iliescu și FSN-ul!… Apare într-o înregistrare video, îmi pare. Țuțea a mai trăit un an și ceva după ce a făcut acel comentariu „viral”! L-am discutat cu Țuțea însuși și i-am explicat de ce eu, spre deosebire de domnia sa, am fost satisfăcut de atitudinea și votul românilor din Duminica Orbului! Voi veni cu acele explicații cât de curând!… Petre Țuțea le-a luat în seamă și cu siguranță s-ar fi dezis public de cele afirmate dacă ar fi putut bănui că din acele vorbe nevoiașe unii vor încerca să facă un fel de testament al său!…
În orice caz, era vorba de o vorbă spusă de Petre Țuțea la supărare, cu adresă precisă: electoratul FSN-ului. Nu poporul român!… Un asemenea comentariu nu trebuie să conteze așa de mult! Dar iată că contează! De ce oare contează atât de mult?!
Pentru că, pentru că, oameni buni!, această vorbă, răstălmăcită și scoasă din context, le servește la fix celor care au gândit și lucrează la strategia de demoralizare a românilor! Le servește de minune cauza ticăloasă, netrebnică!
Noi, românii, „popor de imbecili”?!… Sigur că avem și noi „imbecilii noștri”! În fruntea lor îi pun pe imbecilii care nu cred, nu văd și nu pricep că împotriva neamului nostru românesc funcționează de câteva decenii o strategie de descurajare și depreciere a tot ce este „mai” românesc, o strategie de demoralizare a spiritului civic, de contestare sau măcar de ocultare a meritelor și izbânzilor cu care totuși ne-am învrednicit și noi în istorie! O strategie ticăloasă, bazată tocmai pe numărul mare de români imbecili, gata să participe cu toată „sinceritatea și luciditatea” la demitizarea istoriei noastre și a mentalului românesc! Veritabilă spălare a creierilor sub egida autorității celei mai prestigioase!
În fruntea lor tronează imbecilii academici care acceptă unanimi să fie acuzat Antonescu de crime de război inventate, acceptă să fie acuzați legionarii de o ideologie criminală, ei care au făurit ideologia cea mai generoasă, cea mai spiritualizată, cea mai dedicată binelui comunitar, național, și care au fost răsplătiți prin cea mai criminală prigoană din istorie!!
Imbecilii academici care tac și acceptă fără să clipească acuzația că românii sunt autorii unui holocaust, ai unui genocid halucinant! Că holocaustul a fost inițiat de militarii români!…
Imbecili care l-au copleșit cu onorurile academice cele mai înalte pe cel mai vehement detractor al Neamului, al Istoriei noastre!… Un avorton, un eșec al speței umane, o rușine a neamului evreiesc, în fața căruia s-au făcut preș academicii noștri de azi pe mâine!
Imbecili academici programați, adică răsplătiți și stimulați ori șantajați ca să tacă și să nu vadă comportamentul cristic al românilor față de evrei, față de prizonierii de război, față de adversarii ajunși la mâna lor! Șantajajați sau răsplătiți ca să tacă și să îngăduie cele mai abjecte calomnii și acuzații deversate vreodată în capul mult prea răbdătorului nostru popor!…
Cât grijania mamii lor or să mai tacă acești imbecili super titrați de la care tot Neamul încă mai așteaptă cuvânt de mântuire și de întărire?! De la acești fătălăi cu laurii nemuririi pleoștiți pe scăfârlia goală?!… Acești înțelepți trădători de Neam și Țară?! Acești savanți dezertori de la serviciul în slujba Neamului… Acești… Acești…
Cât, mă, nefericiților?! Până când?!
Băi, domnule academic, cine îl neagă azi pe Eminescu este deranjat de ideile sale politice, ale gazetarului, ale liderului nostru politic în eternitate! Hienele culturale care sar la gâtul Poetului nu se încurcă în generalități și platitudini, ci atacă precis ținta care li s-a ordonat: nu cumva să se prindă publicul cititor că „proza politică” a Poetului este azi mai actuală decât pe vremea când a fost scrisă! Lupta pro sau contra Eminescu acolo se duce, pe terenul prozei politice a Poetului!
Vă obligă titlurile academice ca, din An în Paște, să interveniți totuși în apărarea Poetului? Foarte frumos! Atunci poftiți în arenă și apărați-i ideile și textele politice, comentați-i atitudinea politică, mereu alături de nevoile Neamului, cu orice risc! Asta este moștenirea, lăsata eminesciană cea mai de preț: opera sa de gazetar, de analist pătimaș și avizat al zbuciumatei vieți publice de pe vremea sa! Opera sa de teoretician și îndrumător al românismului, al naționalismului. Moștenire despre care nu suflați o vorbă sub cupola Academiei! Ce rușine!…
Dacă chiar vă simțiți solidari cu Poetul național, luați-vă curajul și pronunțați-vă limpede și fără rest asupra tragediei pe care o trăiește azi nu numai Neamul românesc, ci întreaga planetă! Raportați-l pe Poet la această tragedie și minunați-vă cât a fost de lucid și de clar văzător. Și întindeți degetul acuzator spre cei pe care Poetul i-a identificat cu atâta directețe că ne sunt dușmani neadormiți! Dușmani nu numai ai Românilor, ci și ai Omului!
Sunt astăzi mai vioi și mai activi ca oricând acești dușmani de moarte, pe care voi, înțelepții Neamului, vă prefaceți că nu există, că nu-i vedeți cum sapă nestingheriți la temelia ființei noastre naționale și umane!… Au un singur adversar acești asasini de neamuri, un singur „ciot” de care se mai împiedică: proza politică a lui Mihai Eminescu… Subiect tabu la Academia Română! În Universități! În mass media!…
…Eminescu?!
Măcar nu-i mai pomeniți numele, farisei ce sunteți!… Haimanalelor!… Golanilor!
Ion Coja
 

De Crăciun 2016

luni, 26 decembrie 2016

Noul ambasador rus la București: cetățeni români au luptat în războiul din Transnistria

Noul ambasador rus la București: cetățeni români au luptat în războiul din Transnistria

Politică
Ironic și acid, ambasadorul Rusiei Valeri Kuzmin nu s-a ferit la Chișinău să facă declarații directe care au stârnit controverse. Adept al istoriografiei sovietice clasice în ceea ce privește chestiunea Basarabiei, noul ambasador al Rusiei la București a acuzat chiar implicarea unor cetățeni români în conflictul din Transnistria din 1992.
Sursa foto.
Sursa foto.
Valeri Kuzmin a fost ambasadorul Federației Ruse la Chișinău din iulie 2007 până în aprilie 2012, perioadă în care a fost implicat în numeroase dispute publice. A susținut în timpul mandatului său diplomația separatistă de la Tiraspol spre iritarea autorităților de la Chișinău și a promovat ideea acordării unui statut special pentru regiunea separatistă. Kuzmin a condamnat în repetate rânduri istoriografia românească susținând teza ”jandarmului român” care a persecutat țăranii basarabeni, i-a prezentat pe români drept fasciști și a acuzat România că se implică în treburile interne ale Republicii Moldova. Președintele rus Vladimir Puțin l-a numit pe Valeri Kuzmin ambasador al Federației Ruse în România pe data de 8 iunie 2016.

Cetățeni români au luptat în Transnistria

În cadrul unui interviu acordat ProTV Chișinău pe 15 septembrie 2008 Valeri Kuzmin a declarat referitor la conflictul din Transnistria că: „Rusia a adus în aceasta regiune pacea şi că printre cei care au atacat Benderul (Tighina) s-au numarat şi cetateni ai statului vecin, România”. În cadrul aceluiași interviu, ambasadorul rus a mai declarat că diferendul transnistrean poate fi soluţionat dacă dacă se ia în consideraţie formarea unui stat federativ cu Transnistria. (sursa)
Kuzmin s-a folosit de o expresie voalată pentru a acuza statele occidentale și România că se implică în treburile interne ale Republicii Moldova: ”Dacă numiţi acţiunile Rusiei intervenţie în relaţiile interne ale Republicii Moldova, atunci cum numiţi comportamentul celorlalte ţări?” (sursa)

Ironic cu ziariștii

După ce militarii ruși au împușcat la începutul anului 2012 un cetățean al Republicii Moldova care a forțat cordonul de securitate, ambasadorul Valeri Kuzmin i-a ironizat pe ziariștii de la Chișinău: “Eu vreau să vă recomand să nu faceți campanii isterice. Nu urmați logica lui Vinny Pooh, care venind în ospeție la iepure și fiind întrebat dacă vrea și lapte sau miere, a răspuns: și una și alta și dacă se poate și fără pâine”. (sursa)
Referitor la circumstanțele incidentului, ambasadorul rus a fost cât se poate de direct cu reprezentanții presei: “Ca să fiți mai obiectivi, atunci trebuie să știți că era un automobil furat, cu un șofer beat, care trece și dă jos bariere, ignoră solicitările… deci s-a format un pericol pentru militari, unul a fost cât pe ce să fie călcat.”

Relație strânsă cu Tiraspolul

La recepțiile organizate la Ambasada Rusiei din Chișinău, Valeri Kuzmin i-a invitat pe reprezentanții regimului separatist de la Tiraspol. În 2012 chiar I-a oferit cuvântul Ninei Ștanski (intitulată pe atunci ministru de externe al Transnistriei) în locul diplomaților oficiali ai Republicii Moldova. Astfel, pe 10 februarie 2012 niciun reprezentant al Ministerului de Externe și Integrării Europene nu a participat la recepția oferită de Ambasada rusă la Chișinău oferită la 10 februarie cu prilejul Zilei lucrătorului diplomatic al Federației Ruse. Lipsa reprezentanților Diplomației de la Chișinău ar fi fost constatată ”în mod întâmplător” de ambasadorul rus, Valeri Kuzmin, atunci când i-a invitat pe aceștia la microfon pentru un cuvânt de salut. Ca rezultat, s-a constatat că în sală nu era niciun reprezentant al Ministerului de Externe. Ulterior, ambasadorul rus i-a oferit cuvânt așa-zisului ministru de Externe de la Tiraspol, Nina Ștanski.
La o recepție oferită de ambasada rusă în 2011, Valeri Kuzmin l-a prezentat pe Vladimir Iastrebceak în calitate de ministrul de Externe al regiunii transnistrene. Atunci, diplomații moldoveni, cei din statele UE și reprezentanții SUA au părăsit în mod demonstrativ recepția, gest calificat ulterior de partea rusă ca unul ”neprietenesc”. (sursa)

Jandarmul român fascist

În intervențiile sale publice ambasadorul Valeri Kuzmin a promovat stereotipurile istoriografiei sovietice referitoare la istoria Basarabiei. Astfel, pe 26 septembrie 2011, în cadrul mesei rotunde „Dialogul Rusia-Moldova în spaţiul culturilor”, care a avut loc la Biroul Relaţii Interetnice, criticându-i pe aşa-numiţii xenofobi şi opresori ai limbii ruse din Moldova, ambasadorul rus a spus următoarele: „Nu vreau să pun pe nimeni faţă în faţă, dar a afectat Moldova „politica culturală românească” în perioada anilor 1918-1940, fără a mai vorbi de ocupaţia fascistă în anii 1941-1944? De la urmaşii direcţi ai moldovenilor – martori ai evenimentelor din acei ani ştiu că principala unealtă a politicii aici era atunci patul armei jandarmilor”. Iar cu referire la prezent, Kuzmin a mai declarat: „Astăzi în Moldova se vorbeşte mult despre executarea Legii cu privire la titre şi „limba originalului” în filmele artistice, deşi aceasta nu este nici pe departe primordial important pentru ţara în care nivelul de viaţă este unul dintre cele mai diminuate în Europa”. (sursa)
Pe 26 august 2011 Kuzmin a ţinut să felicite moldovenii cu ocazia „eliberării Moldovei de către armatele sovietice de sub jugul germano-român”. Valeri Kuzmin a venit la Complexul memorial „Eternitate” alături de reprezentanţi ai Ambasadei Ucrainei şi Belarusului în R. Moldova, iar acolo a fost întâmpinat de mai mulţi membri ai diasporei ruseşti. Ambasadorul rus a depus flori şi o panglică în culorile drapelului rusesc, în memoria ostaşilor căzuţi în timpul operaţiunii Iaşi-Chişinău, după care a declarat: „Vă felicit cu această zi, care este fără îndoială o zi luminoasă din istoria noastră comună. Este ziua când Moldova a fost eliberată de jugul fascist germano-român. A fost o zi importantă pentru Moldova, care a avut de parcurs o cale lungă de reabilitare”. (sursa)

Istoria românilor, o imagine schimonosită

Ambasadorul Valeri Kuzmin a avut o ieșire dură la adresa manualelor de istorie a românilor, pe care le-a calificat drept prezentând o imagine schimonosită a istoriei care contribuie la menținerea conflictului transnistrean. ”Generaţia tânără are valori şi amintiri istorice diferite. Dacă în regiunea transnistreană, istoria studiată în şcoală este una integrată, care este un standard recunoscut în UE, în Moldova o bună perioadă de timp s-a studiat „Istoria Românilor”, deja abandonată chiar şi de România. Acest curs prezintă o imagine complet schimonosită a istoriei. Astfel, generaţia tânără de pe malul drept al Nistrului crede în lucruri care nu s-au întâmplat niciodată şi care par a fi o nebunie pentru oamenii informaţi”, declara Kuzmin pe 10 februarie 2011. (sursa)

Apărătorul lui Baghirov

După arestarea scriitorului rus Eduard Baghirov (acuzat de autoritățile de la Chișinău că ar fi fost implicat în incidentele violente din aprilie 2009) ambasadorul Valeri Kuzmin a avut mai multe intervenții publice în favoarea acestuia, spunând că, deşi nu este un caz răsunător, întemniţarea scriitorului rus poate contribui la o tensionare nedorită a relaţiilor moldo-ruse. (sursa)

Cariera lui Valeri Kuzmin

Valeri Kuzmin este fost ambasador al Federaţiei Ruse în Republica Moldova, numit în această funcţie printr-un decret prezidenţial din data de 27 iulie 2007. Valeri Kuzmin s-a născut pe data de 24 iunie 1953, la Moscova. În 1975, Kuzmin a absolvit Institutul de Stat pentru Relaţii Internaţionale MGIMO din Moscova. În 1998, a absolvit cursurile de studii în diplomaţie din cadrul Academiei Diplomatice a Ministerului Afacerilor Externe din Rusia, este cercetător în istorie, şi-a desfăşurat activitatea în diverse structuri ale aparatului de conducere al MAE al fostei URSS şi al Federaţiei Ruse, şi-a desfăşurat activitatea ca diplomat în Libia, în perioada 1975-1980, în Tunisia, în perioada 1985-1990, iar în intervalul 1993-1994, a fost şeful adjunct al Departamentului pentru Africa şi Extremul Orient din cadrul MAE rus. În perioada 1994-1998, Kuzmin a fost adjunctul directorului Departamentului pentru Orientul Mijlociu şi Africa de Nord din cadrul MAE al Federaţiei Ruse, în perioada 1998-2003 – ambasador extraordinar şi plenipotenţiar al Federaţiei Ruse în Republica Sudan, în perioada mai-octombrie 2003 – a fost ambasador excepţional în cadrul în MAE al Federaţiei Ruse, din luna octombrie 2003, a fost director adjunct în MAE rus, din 2004 – director al Departamentului pentru relaţiile cu subiecţii Federaţiei Ruse, Parlamentul şi orgnizaţiile civice şi politice ale MAE al Rusiei. Kuzmin are rangul diplomatic de ambasador extraordinar şi plenipotenţiar al Federaţiei Ruse, acordat printr-un decret prezidenţial semnat de preşedintele rus pe data de 17 noiembrie 2009, i-a fost acordată medalia „Pentru eroism în muncă”, cunoaşte limbile engleză, franceză şi arabă. Este căsătorit şi are doi copii, un fiu şi o fiică. (RADOR)